hw

"Goldfinch" или жизнь под анестезией

no title

Роман увлекателен ровно настолько, чтобы хватило сил погрузиться в плотный и полный языковых подножек текст Донны Тарт. По яркости и странности характеров, а также непредсказуемости сюжетных поворотов я бы сравнила "Щегла" с романами Пола Остера. Например, с "Храмом Луны", "Невидимым", "Мистером Вертиго" или "Левиафаном".




В тринадцать лет (преднамеренно или случайно, но Тартт указала именно тот возраст, в котором все еврейские мальчики достигают совершеннолетия и проходят обряд бар-мицвы) для Теодора Декера заканчивается одна жизнь и начинается другая. В новую он забирает с собой то ли сувенир на память, то ли проклятье, в виде картины Карела Фабрициуса "Щегол".

Вся последующая история Тео, рассказанная им самим, местами напоминает сон. Так уж случилось, что мальчик, переживший страшную катастрофу, период вынужденного сиротства, а затем не менее тяжелые события, которые не добавили ему радости и оптимизма, так и не научился жить без анестезии. Дни его проходят в дурмане и вечном страхе, что рано или поздно тайна откроется и он сядет в тюрьму.

Более всего заинтересовавший меня слой романа связан с антиквариатом - реставрация, подделка, продажа. Неудивительно, что и наиболее симпатичный мне персонаж - это Хоби. Посмотрев некоторые интервью с Донной Тартт я вдруг поняла, что у нее и у Хоби довольно много общего.

Например, стиль работы: "Her working method is Byzantine. She writes in longhand in large spiral-bound notebooks, adding thoughts and corrections in red, blue and then green pencil, and stapling index cards to them to keep track of plot and characters. When it all starts getting “too messy” she types the manuscript into the computer, then prints out the drafts on colour-coded paper. “I can pick up the pink draft, and I know that’s the first one; or the grey draft, or the most recent one is the blue. So if I need something from an older draft I know where to find it. My French teacher, many years ago, told me this, and it actually works.” Оn the wall of her office is a quote from Paul Valéry: “Disorder is the condition of the mind’s fertility."


И кстати, мало того, что Тартт не очень общительна, но она еще и ужасно не любит давать читателям объяснения, что происходит с персонажами ее книг: “When people ask you why you did this or that you’re sort of compelled to make up the reasons. But the real answer is, I don’t know why.” The best answer she can give is to cite Rudyard Kipling’s maxim: drift, wait, and obey". Именно поэтому кажется совсем уж излишним делать какие-то выводы. Лучше просто прочитать и получить удовольствие от фантазии и литературного мастерства Донны Тартт.