muguet

Лилианна Лунгина - "Подстрочник"

"Шли годы, и ничего не менялось. Люди вроде нас все больше замыкались в личной жизни. Нас как будто не было, хотя мы физически присутствовали. Единственным прибежищем была профессиональная работа, которую мы старались делать как можно лучше, стремясь сохранить определенный интеллектуальный уровень и отвоевать максимум пространства у цензуры".

Лилианна Лунгина


Одна из лучших книг в жанре "мемуары", среди тех, что я читала.



Очень понравилась честность: как в газете во время войны публиковали вранье, как сына не поддержали с мужем на родительском собрании, как непросто складывались отношения с домработницей, как на митинг пришли, постояли в сторонке и тихо скрылись, как Лунгина подписала письмо против не важно даже кого, чтобы разрешили выехать за границу. В общем это такая исповедь без всякой ретуши.

Про мужа, с которым она прожила 49 лет, и после смерти которого осталсь буквально доживать в горе и полном отсутствии интереса к жизни, Лунгина рассказывает с любовью и нежностью.

"Нас было шесть человек за столом. Когда все стали уходить, совершенно для меня неожиданно Сима шепнул: останься. И, не знаю, по каким соображениям, чувство ли это судьбы или что-то другое, — я не могу сказать, что была влюблена в него, я была девочкой очень строгих правил и никогда не могла бы так… — но тем не менее что-то заставило меня остаться. И я осталась в этом доме. И вот осталась на всю жизнь.

Мы прожили вместе сорок девять лет. Прожили эти годы как в сказке. Но в сказке принцу, чтобы получить свою возлюбленную, надо совершить какой-нибудь героический поступок, синюю птицу поймать или найти золотое яблоко. Симе, как видите, не пришлось ни ловить синих птиц, ни рвать золотых яблок. Ему достаточно было шепнуть «останься», и я осталась".


В целом же осталось ощущение, что тебе все очень подробно рассказали, но внутрь не пустили. Лунгина много внимания уделила внешнему: своим современникам, политическому строю, общественным явлениям, но не личным переживаниям. Этого в книге по минимуму. Может быть, именно поэтому настоящей симпатии к автору у меня не возникло, как если бы я прочитала просто книжку по истории СССР. Кстати, одним из значений слова "подстрочник" является именно "учебное пособие".